Главная страница

История военного искусства
Древняя Греция

<<НазадСодержание разделаДалее>>

Страница 11 из 17

  
Второй период Пелопонесской войны 420 - 404 гг. до н.э

Основным стратегическим содержанием второго периода Пелопоннесской войны была борьба за господство на море. Афинский флот должен был обеспечить достижение новой намеченной стратегической цели — подчинить и включить в состав афинского морского союза сицилийские города.

Вдохновителем агрессивных настроений среди афинского люмпен-пролетариата и широких масс демоса был аристократ Алкивиад, избранный стратегом в 420 году до н. э. Алкивиад был сторонником возобновления войны со Спартой и организации большого похода в Сицилию. Он говорил: “...на той высоте могущества, на какой мы стоим, необходимо замышлять меры против одних и не давать воли другим, потому что нам угрожает опасность подчинения противнику, если мы сами не будем властвовать над ним.

И так подумайте, что походом на тамошние народы мы усилим наше могущество здесь, а потому предпримем поход, чтобы смирить гордость пелопоннесцев” (Фукидид, VI, 18).

Алкивиад добился реализации своего плана большого похода в Сицилию. Были снаряжены флот и войско, насчитывавшие 290 триер и 38 тысяч матросов и воинов.

В ночь перед выступлением в поход в Афинах кто-то изуродовал изображения бога Гермеса. Распространился слух, что религиозное кощунство совершил Алкивиад и его приближенные. Алкивиад потребовал разбора дела в народном собрании. До отплытия эскадры большинство было на его стороне, и, следовательно, Алкивиад мог быть уверен в благоприятном для него решении народного собрания. Это принимали и его противники, которые поэтому сняли свое обвинение с тем, чтобы возбудить вопрос снова после отплытия эскадры, когда соотношение сил в народном собрании должно было измениться в их пользу.

Афиняне благополучно прибыли в Сицилию, но политическая обстановка на острове сложилась неблагоприятно для них, — они не имели союзников. К тому же вскоре Алкивиад был вызван в Афины на суд по обвинению в религиозном кощунстве. По дороге он бежал к спартанцам и выдал им афинские военные планы. Он советовал Спарте немедленно оказать помощь Сиракузам, занять близ Афин одну из аттических крепостей и оттуда тревожить жителей Аттики, прервав подвоз продовольствия с острова Эвбеи. Выполняя советы Алкивиада, спартанцы заняли крепость Дехелею, важный пункт к северу от Афин, чем подорвали нормальную хозяйственную жизнь Аттики и вызвали переход на свою сторону 20 тысяч афинских рабов. Это явилось сильным ударом для афинских рабовладельцев.

Вначале афинская армия под командованием стратегов Никия и Ламаха имела небольшие успехи и даже осадила хорошо укрепленные Сиракузы, но вскоре из Пелопоннеса прибыл трехтысячный отряд под командованием Гилиппа, что способствовало сплочению враждебных афинянам сил. Гилиппу удалось окружить афинскую армию. Ламах просил подкреплений, и афиняне вынуждены были послать в Сицилию вспомогательную эскадру под командованием стратега Демосфена в составе 75 триер с 5 тысячами воинов. Однако приход этой эскадры не изменил положения, так как пелопоннесцы, в свою очередь, усилили флот сиракузян, и он теперь превосходил афинский флот. Предпринятая афинянами попытка штурмовать укрепления Сиракуз успеха не имела. Вскоре афинский флот был разбит и сожжен в сиракузской гавани. Сухопутные силы афинян, начавшие отступление вглубь острова, были окружены сиракузянами и частью уничтожены, а частью взяты в плен. Афинские стратеги Никий и Демосфен были казнены, а пленные воины обращены в рабство. Ламак еще до катастрофы был убит в бою.

Афины послали против Сиракуз сначала около 38 тысяч человек, затем еще 26 тысяч, всего около 64 тысяч человек. Однако и это не обеспечило им успеха. Военная авантюра афинян потерпела полный крах, что в корне изменило соотношение сил. Теперь персидская деспотия финансировала строительство большого флота спартанцев, в Эгейское море пришла сиракузская эскадра, некоторые малоазийские греческие города, воспользовавшись слабостью Афин, отошли от них. Таковы основные итоги сиракузской катастрофы афинян.

Военное поражение обострило борьбу классовых группировок в Афинах. Крупные рабовладельцы воспользовались создавшейся обстановкой и, в 411 году до н. э. захватив власть, попытались заключить со Спартой мир.

Спартанцы, не доверяя прочности олигархического режима в Афинах, не только отказались вести с афинянами переговоры, но даже сделали единственную за всю войну попытку штурмовать длинные стены, соединявшие Афины с Пиреем.

В 410 году до н. э. в результате обострения борьбы и выступления народных масс рабовладельческая демократия в Афинах была восстановлена, что совпало с блестящими успехами афинского флота. Под командой Алкивиада, призванного из изгнания, афиняне разбили в Мраморном море спартанско-сиракузский флот. Этот успех, казалось, вновь обеспечил афинское господство на торговых путях Черного и Эгейского морей. Но спартанцам вскоре снова оказали большую финансовую поддержку персы, дав им возможность восстановить свой флот. В 407 году до н. э. спартанский флот, воспользовавшись отсутствием Алкивиада и оплошностью его заместителя, разгромил афинский флот у мыса Нотия вблизи Эфеса. За это поражение Алкивиад был отстранен от командования, и ему пришлось покинуть Афины.

В 406 году до н. э. при Аргинусских островах у берегов Малой Азии разыгрался самый крупный морской бой времен Пелопоннесской войны

Афинский стратег Клеон с 70 триерами направился к острову Лесбосу, где встретил спартанский флот, насчитывавший 140 триер. В завязавшемся бою Клеон потерял 30 триер, а с остальными укрылся в Митиленской гавани, загородил в нее входы, затопив несколько судов, вооружил свои корабли метательными машинами и успешно отражал попытки спартанцев, пытавшихся ворваться в гавань. Когда спартанцы все же овладели большой гаванью, Клеон отступил в малую гавань. Он послал в Афины две триеры с просьбой о помощи; одна из них была захвачена противником, другая прорвалась и выполнила свою задачу.

На выручку Клеону афиняне направили флот, состоявший из 110 афинских триер и 40 триер союзников (всего 150 судов). Спартанцы же, выделив 50 триер для блокады отряда Клеону, сильно ослабили свой флот. Навстречу афинскому флоту они послали 120 триер. Значительное превосходство в силах было на стороне афинян. Это вызывало у спартанцев неуверенность в победе. Один триерарх даже советовал командующему спартанским флотом не вступать в бой, на что получил такой ответ: “Погибель моя ничто для моего отечества, а бегство без боя бесславно для меня”.

Боевой порядок афинского флота был построен у трех небольших островов и состоял из двух сильных крыльев и центра. В центре находилось 30 триер, которые были вытянуты в линию. Каждое крыло было построено в две линии по 30 триер. Вторые линии крыльев боевого порядка являлись линиями поддержек и обеспечивали устойчивость флангов. Боевой порядок в целом был вытянут в линию с целью не допустить окружения со стороны противника, но построение линий было сомкнутым, чтобы более легкие спартанские триеры не могли прорваться между тяжелыми афинскими кораблями Спартанский флот был вытянут в одну линию и состоял из двух крыльев, не имея глубины построения.

Бой завязало правое крыло спартанского флота, которое атаковало левое крыло афинян. Флагманская триера подавала пример остальным, энергично нападая на афинские триеры. При попытке протаранить одну из тяжелых триер афинян спартанский флагманский корабль застрял в ней своим трезубцем. Этим воспользовались другие корабли афинян, окружили его, взяли на абордаж и уничтожили весь экипаж. Был убит и командующий спартанским флотом, что заметно сказалось на моральном состоянии сражавшихся спартанцев. Попытки спартанцев прорвать левое крыло афинян не имели успеха, так как их триеры, прорвавшиеся через первую линию, уничтожались афинскими триерами второй линии. Вскоре правое крыло спартанцев было сломлено, а вслед за ним потерпело поражение и левое их крыло. Спартанский флот был разбит; остатки его бежали к острову Хиос. Афиняне в бою потеряли 25, а спартанцы — 77 триер.

Следствием этой победы была деблокада отряда Клеона. Но, несмотря на этот крупный успех афинского флота, была произведена судебная расправа со стратегами-победителями, из которых шестеро были казнены за то, что не позаботились о погребении убитых в бою воинов.

Одной из причин поражения спартанского флота явилось дробление его сил: 50 триер были оставлены для блокады афинской флотилии, насчитывавшей менее 40 триер Важную роль сыграла также неуверенность спартанских экипажей в победе. В тактическом отношении, во-первых, следует отметить глубину построения боевого порядка афинского флота, не позволившую спартанцам прорвать крылья афинян, и, во-вторых, афиняне отказались от равномерного распределения сил по фронту и за счет ослабления центра усилили свои крылья.

Недостаток сил в бою спартанцы пытались компенсировать активностью своих действий, что в данной обстановке не привело к положительным результатам.

Персия вновь помогла спартанцам восстановить флот, и осенью 405 года до н. э. в Геллеспонте произошел последний морской бой при Эгос-Потомах (“Козьи реки”).

Афиняне имели в Геллеспонте 180 триер, сосредоточенных при Эгос-Потомах в 3 км от Сеста, куда экипажи триер уходили за продуктами. Алкивиад, который, покинув Афины, жил здесь, пришел к афинским стратегам и сказал: “Вы выбрали крайне неудачное место для стоянки флота. Настоятельно советую вам переправить флот в Сест, где вы будете в гавани и близ города. Там вступайте себе в бой, когда захотите”. Но афинские стратеги отвергли совет Алкивиада и приказали ему убираться прочь, заявив: “Пока еще стратеги мы, а не ты” (Ксенофонт, Греческая история, Л., 1935, стр. 27.).

Точных данных о численности спартанского флота не сохранилось. Однако Ксенофонт сообщает, что персидский царь Кир не советовал спартанцам вступать в бой до тех пор, пока их флот не станет более значительным и более многочисленным. Ксенофонт пишет, что спустя некоторое время возвращавшийся после победы спартанский флот насчитывал 200 триер. Несомненно, что в бою при Эгос-Потомах флот спартанцев по своей численности превосходил афинский флот.

Спартанский флотоводец Лисандр решил воспользоваться недисциплинированностью афинян и внезапно атаковать афинский флот.

С восходом солнца афиняне выстроили свои триеры в одну линию, но спартанцы не приняли вызова на бой, и афинский флот отошел обратно к месту стоянки. Экипажи триер покинули корабли, часть их даже ушла в Сест, за 3 км от места стоянки.

Лисандр же еще на заре дал приказ своим, воинам, чтобы они позавтракали, а затем приготовились к бою: заняли свои места на кораблях и развесили щиты, предохранявшие от неприятельских стрел. Триерархам было категорически запрещено сниматься с якоря и выходить из строя. Когда афинский флот, не дождавшись наступления спартанцев, повернул обратно, Лисандр выслал на разведку быстроходные триеры с задачей установить, что будут делать афинские экипажи по выходе на берег. Так продолжалось четыре дня. На пятый день повторилась обычная история. Но на этот раз Лисандр приказал разведывательным триерам: как только они установят, что афинские экипажи разбрелись по берегу, немедленно возвратиться обратно и на половине пути поднять щит. Когда Лисандр заметил этот знак с разведывательных триер, он дал своему флоту сигнал на полном ходу атаковать афинян. По берегу шла спартанская пехота.

Конон подал афинскому флоту сигнал приготовиться к бою. “Но матросы разбрелись кто куда; на некоторых кораблях из трех ярусов весел гребцы остались только на двух, на иных на одном, а на иных и вовсе не было гребцов” (Ксенофонт, Греческая история. Л., 1935, стр. 27). Только 9 триер вышли в бой с полным составом гребцов, они сумели прорваться сквозь строй триер противника и спастись бегством. Спартанцы захватили на якорях 171 триеру и взяли 3 тысячи пленных.

Прежде чем атаковать противника, Лисандр организовал наблюдение за ним. Получив от разведки ценные сведения о поведении афинских экипажей, он выбрал благоприятный момент и неожиданно напал на противника.

Афины лишились флота и восстановить его уже не имели ни средств, ни времени. Осенью 405 года до н. э. спартанский флот численностью в 150 триер блокировал афинскую гавань, а сухопутная спартанская армия начала осаду Афин с суши. В Афинах начались голод и эпидемии. “Осаждаемые и с суши и с моря афиняне оказались в безвыходном положении. У них не было уже ни флота, ни союзников; приходилось, по-видимому, подвергнуться всем тем ужасам, которым они прежде подвергали других греков” (Ксенофонт, Греческая история. Л., 1935, стр. 29). В апреле 404 года до н. э. афиняне решили капитулировать. Афинский морской союз прекратил свое существование. Пелопоннесская война закончилась.

По договору Афины сохранили свою независимость, но, кроме Аттики, у них теперь осталось всего четыре острова. Весь флот, кроме 12 сторожевых судов, они передали спартанцам. Укрепления Афин были срыты. Эмигрантов амнистировали. Гегемония в Греции перешла к Спарте.

Пелопоннесская война сильно разорила все государства Греции: и побежденных и победителей. Многолетняя война ослабила как Афины, так и Спарту. В итоге стали выдвигаться другие греческие города-республики: Коринф и Фивы (в Беотии). В Аттике в IV веке до н. э. наступил кризис: торговля и ремесло пришли в упадок, крестьянство было разорено, а его земли скупали крупные рабовладельцы. После войны усилился процесс разложения рабовладельческого строя Греции. Таковы были последствия этой войны.

Пелопоннесская война оказала большое влияние на развитие организации армии и способы ведения войны. В армию были допущены бедные слои свободных греков, которым государство не могло дать дорогостоящее вооружение гоплитов. Эти воины получили облегченный щит — пелту. Так появились пелтасты — средняя пехота. Это была регулярная пехота, которая могла вести бой как в рассыпном строю, так и в составе фаланги. Организация армии греков усложнилась. Ядром ее по-прежнему оставались гоплиты, но и пелтасты были важной составной частью. Легкая пехота выполняла вспомогательную роль.

Боевой порядок греческой армии тоже усложнился. Его опорой была фаланга гоплитов; отряды пелтастов, действовавшие в рассыпном строю, стали средством маневра на поле боя; легкая пехота завязывала бой, а затем обеспечивала фланги и тыл боевого порядка. Маневр в бою, основанный на взаимодействии тяжелой и средней пехоты, стал важным моментом тактического искусства. Усложнилось руководство боем, повысилась роль в бою частных начальников.

В Пелопоннесской войне оба противника имели заранее выработанные планы войны, особенности которых определялись, во-первых, политическими целями борьбы и, во-вторых, характером вооруженных сил каждой стороны. Борьба за союзников и за господство на море являлась коренным вопросом войны, определявшим ее исход. Стратегия воюющих сторон в различные периоды войны менялась в зависимости от соотношения классовых сил.

Во время Пелопоннесской войны наряду с сухопутными действиями шла морская война. Большое количество морских походов и боев способствовало развитию морской стратегии и тактики.

В процессе войны совершенствовалась осадная техника. Греки стали применять искусственные наводнения, поджоги, подкопы, тараны, вороны, “черепаху” и контрвалационную линию, т. е. линию осадных укреплений вокруг крепости противника. Важную роль в развитии осадного искусства сыграла борьба Афин с Сиракузами, где была высоко развита техника. В Сиракузах появились первые метательные машины — катапульта и палинтон (баллиста) — орудия для метания каменных ядер.

Немецкий военный историк Дельбрюк умышленно обходит вопрос о характере Пелопоннесской войны, о ее движущих силах и стратегическом содержании. Рассматривая эту войну вне политики, вне борьбы классов и партий внутри господствующего класса рабовладельцев, он игнорирует внутреннюю политическую обстановку. Стратегию Перикла нельзя правильно понять вне классовой борьбы, вне борьбы партий. Это была не только война между Афинами и Спартой, но, прежде всего, борьба классовых группировок внутри Афин и Спарты, классовая борьба внутри Афинского и Пелопоннесского союзов, что, прежде всего, определяло характер стратегии воевавших сторон. Борьба за союзников — один из коренных вопросов войны, от которого зависело изменение стратегических форм войны. Вторым коренным вопросом Пелопоннесской войны была борьба за господство на море, что требует рассмотрения стратегии армии и флота в тесной и неразрывной связи и взаимодействии.

Для определения характера стратегии необходимо выяснить, что собой представляли в то время Афины и Спарта, какова была их внутренняя и внешняя политика и как она изменялась в зависимости от классовой борьбы, как стоял вопрос о союзниках и вопрос о борьбе за господство на море. Дельбрюк обошел эти вопросы. Он говорит, что стратегия Перикла определялась численностью населения. На самом деле она определялась, прежде всего, соотношением и расстановкой классовых сил, политикой, характером войны, ролью союзников, а затем уже численным соотношением сил воюющих сторон. В исследовании истоков стратегии надо отправляться от борьбы классов, политических целей, характера войны и затем уже идти к средствам и способам достижения этих целей. Сведя все исследование к анализу численности войск, Дельбрюк выхолостил действительное содержание стратегии. По его утверждению, на всем протяжении истории военного искусства существовали только две формы стратегии — стратегия измора и стратегия сокрушения. Но мы уже на примерах греко-персидской и Пелопоннесской войн убедились в разнообразии форм стратегии, которые никак не укладываются в убогую схему немецкого историка.

Так же у Дельбрюка обстоит дело и с тактикой. Он ненавидит Клеона как представителя демократии; ему ненавистна даже рабовладельческая демократия, поэтому он отрицает роль боя на острове Сфактерия в развитии военного искусства. Это он делает для того, чтобы лишний раз подчеркнуть, что представитель рабовладельческой демократии, каким являлся Клеон, не мог быть талантливым военачальником и что развитие военного искусства определяют представители аристократии, а не демократии.
     

<<НазадСодержание разделаДалее>>

Страница 11 из 17

Карты
Личности
Страны и племена
Военное искусство
Экскурсии
Хрестоматия
Новые теории
Общие статьи

Поиск
Ссылки
Хронология
Новости истории
Форум
О сайте
Гостевая книга
Отправить письмо



Рейтинг@Mail.ru
~